Новости


Подписка RSS    Лента RSS


 

 

 

02.04.2017 ОЛЕГ ЩУКИН: «СДЕЛАТЬ ХОРОШИЙ НОМЕР ИЗ ФОЛЬКЛОРНОГО МАТЕРИАЛА – ЭТО КАК ФРЕСКУ РЕСТАВРИРОВАТЬ»

Олег Щукин

Олег Щукин:

«Сделать хороший номер из фольклорного материала –

это как ФРЕСКУ реставрировать»

«Сначала люди перестают петь, а потом им трудно даже нормально разговаривать», - считает Олег Анатольевич Щукин, музыкант, певец, солист Хора рожечников (худрук Борис Ефремов), руководитель Фолк-артели «Слобода», которая в марте этого года отметила 20-летний юбилей.

Я увидела его «в деле» на святочном представлении в Бальном зале Москонцерта, в окружении старинных кукол театра «Петрушка». Высокий, статный, с лицом «доброго молодца» артист разговаривал с куклами, пел русские песни красивым баритоном, но больше всего удивляла его способность играть на разных инструментах – в его руках одинаково ладно звучали и гусли, и рожок, и колёсная лира, и балалайка.

– Олег, многие известные фольклористы начинали свой путь в музыку отнюдь не с фольклора. Как это было у вас?

– Я родился в подмосковном городе Королёве, в музыкальной семье. Моя мама была учителем музыки – преподавала в музыкальной школе. Сочиняла романсы, очень хорошо пела. Но …кроватки у меня не было. Пеленали меня на рояле. Там же я и спал в первые несколько месяцев своей жизни. Как же после этого мне не стать музыкантом? Мои предки по отцу жили в белорусской деревне, а мама родом из Архангельска. Я постоянно бывал у своих бабушек и даже жил в Архангельске в детстве. Там все были очень музыкальные люди, и я оттуда вынес любовь к музыке и к фольклору.

Но учился я сначала в музыкальной школе. На фортепиано. Очень не любил это дело. Меня заставляли. И в хор меня отдали, хотя я возражал против этого. Не испытывая острого интереса к музыкальным занятиям в детстве, в юности я увлёкся рок-музыкой. А после армии, когда я всё-таки решил, что буду профессионально заниматься музыкой, я поступил в Институт культуры (МГИК, ныне – МГУКИ). С этого всё и началось.

– А по какой специальности пошли учиться?

– Народный хор. И там уже я понял, как это интересно, как мне повезло, что я попал на фольклорное отделение! И что именно здесь я могу реализовать все свои интересы, все свои способности – и музыкальные, и театральные, и прочие. Инструментами я тоже начал заниматься. И хотя на инструментах я формально не учился, но я прошёл курсы обучения у настоящих мастеров этнической музыки, и с тех пор играю на многих народных инструментах.

– Из них – несколько видов духовых. Каких именно?

– Все народные почти – свирели, жалейки. А самый сложный из этих инструментов – владимирский рожок. На нём очень трудно научиться играть. Нужно как минимум несколько лет, чтобы у тебя хоть какая-то музыка получилась. Не у всех терпения хватает. Вот, скажем, если на гитаре человека можно довольно быстро научить каким-то аккордам, и он уже песенку себе сыграет. Уже будет музыка. А на рожке в первый год – вместо музыки просто какой-то бессвязный рёв. И это преодолеть очень трудно, потому что долго заниматься нельзя – очень устают губы. Даже если заниматься каждый день, освоение рожка растягивается на годы. И сложность ещё и в мышлении народном, потому что инструмент этот неотделим от музыки, которую на нём исполняют. А мышлением народного музыканта овладеть ещё сложнее. Поэтому исполнителей-рожечников на всём белом свете, дай Бог, если есть человек сто. Из них хорошо играют не более двадцати. При этом надо учесть, что владимирский рожок – инструмент чисто русский. Аналогов в мире практически нет. Это реликтовая вещь.

– Где вы научились играть на гуслях?

– Гусли – как раз инструмент попроще. На гуслях можно научиться играть намного быстрее, чем на рожке. Кстати, сейчас в России этот инструмент активно развивается. Гусли многие делают, и многие берутся на них играть. Они бывают очень разные, и количество струн у них разное – от 5 до 30 и больше. Поэтому гусли по-разному настраивают. Но самые распространённые модели – 9, 11 и 13 струн. Я вижу свою задачу ещё и в расширении диапазона гусельного творчества – то есть, под гусли, как и под гитару, можно многие песни исполнять. Гусли как аккомпанирующий инструмент обычно недооценивают. Чаще всего на них играют плясовые наигрыши, поют былины. Но мне кажется, что с гуслями можно сделать много разного и интересного. И я сейчас пытаюсь это показать.

– Колёсная лира в ваших руках звучит тоже очень хорошо. Что это за инструмент, где вы его взяли и где научились на нём играть?

– Инструмент этот всеевропейский – русский, украинский и белорусский в том числе. Поскольку по отцу у меня корни белорусские, я очень люблю белорусский фольклор. И много белорусских песен исполняю как раз под лиру. Украинские песни тоже под неё пою. Лиру, на которой я играю, сделал мастер Борис Ефремов, руководитель хора рожечников. Замечательный мастер! Он делает и гусли, и балалайки, и рожки. Уникальный, удивительный человек. Эту лиру он сделал под меня. Они ведь тоже все разные. У неё особый строй, который мне удобен. Я часто на ней занимаюсь, стараюсь расширять репертуар, ищу новые интересные возможности.

–Приходит ли молодёжь на ваши концерты или, в основном, люди старшего поколения? Сейчас на стадионе с таким репертуаром ведь не выступишь.

– Не соглашусь с вами. Сейчас некоторые фольклорные исполнители как раз выступают на стадионах или на очень больших площадках. Старшее поколение, действительно, любит ходить на наши концерты, потому что эти песни – их детство, их юность. Но и молодое поколение сейчас меняется в эту сторону, что мне очень приятно. Иногда молодёжь не сразу приходит к русскому фольклору, а, скажем, через шотландский или другой какой-то европейский. Играют, например, на волынке. А волынка – это тоже русский инструмент. Почему бы не сыграть русскую музыку на волынке? И идут к нам. Кстати, в Европе сейчас интерес к фольклору очень высок! Фольклорная музыка по популярности в Европе опережает даже эстрадную. Для нас это кажется невероятным, но на хорошую этническую музыку в Европе сейчас придёт больше народа, чем на концерт иного эстрадного исполнителя. Аудитория фольклорной музыки быстро растет и в России. Сейчас появляются новые жанры, полуэстрадные, полуджазовые. Играя совсем в других направлениях, люди часто используют народные краски или голоса. Поэтому сейчас публика на наших выступлениях разная: и старшее поколение, и молодое.

– Как вы выбираете песни для репертуара вашего коллектива?

– Народная музыка – она, конечно, народная. Считается как? Вот песня как бы «в воздухе висит», ты её берешь и поёшь. Но каждую песню кто-то когда-то сочинил. Потом кто-то что-то к ней добавил. Потом ещё кто-то что-то добавил, передобавил, хорошо исполнил, а потом её исполнили по телевидению и вот она зазвучала. Вот я как раз свою задачу вижу в том, чтобы песни создавать из огромного, космического количества фольклорного материала, который можно найти и в нотных сборниках, и в результате экспедиций, в том числе и моих. Сделать хороший сценический номер из фольклорного материала – это как фреску реставрировать: вот где-то там что-то осыпалось, затерялось, ты всё собрал, а кусочка не хватает, а ты должен сделать так, чтобы она снова стала целой и красивой. Эту работу надо делать с очень чистыми руками, с хорошими знаниями. Мы никогда не берем сценический номер у других исполнителей, а создаём его сами. Мы не поём чужое. Это весь наш фольклор, по сути - авторский. В репертуаре нашего коллектива несколько сотен песен.

– А у вас есть любимая песня?

– Это как многодетную маму спрашивать, какой ребенок самый любимый. Все они – как пальцы одной руки. Сегодня эта песня больше ложится на душу, завтра – другая. Их много сотен в моем личном репертуаре.

– Как складываются отношения с музыкой у ваших детей?

–Дочка собирается стать композитором, сейчас доучивается. А сын решил, что профессионально музыкой заниматься не будет. Он окончил музыкальную школу, хорошо поёт, у него прекрасные данные, музыка с ним всю жизнь. Но он хочет идти дальше в технический вуз, оставаясь любителем музыки. И всё же я бы так сказал: всем людям надо обязательно учить детей музыке! Не потому, что это просто хорошо, интересно и замечательно. Тот, кто занимается музыкой, становится умнее. Эти занятия развивают фантазию, образность – важнейшие качества в любой профессии для любого человека.

Я считаю, что любовь к музыке, в той или иной степени – это свойство нормального человека. Другой вопрос, что сейчас мы перенасыщены музыкой, которая льётся на нас отовсюду – из телевизора, по радио, из компьютера, из мобильного телефона. А раньше, в доэлектрическую эпоху, как было? Вот сельский житель любой: он жил у себя в деревне, на километры от него ни театров, ни концертов, ни-че-го! Нет даже толком музыкальных инструментов. Поэтому-то деревенские жители пели, как разговаривали. И знали песни! Кто-то больше, кто-то меньше, кто-то пел хорошо, кто-то не очень. Но в день несколько раз там запевали: когда работали в поле, когда куда-то шли, плыли на лодке, ехали на телеге или просто сидели на завалинке.

Песня сопровождала человека все время. А сейчас и в деревне всё изменилось – туда тоже пришли радио, телевидение, интернет. Люди стали петь меньше. Это неправильно! Сначала люди перестают петь, а потом им трудно даже нормально разговаривать. Они между собой переписываются по е-мейлу, шлют смс, а голосом им себя выразить трудно. У многих современных молодых людей просто атрофируется голос, так как они не привыкли напрягать соответствующую мускулатуру. Они приходят ко мне и просят научить их петь. А куда там петь! Сначала учимся громко разговаривать. Это как человек, который хочет научиться хорошо бегать, а ходит еле-еле. Да, цивилизация нам очень много даёт, но мы должны сохранять свои биологические свойства! И получается, что пение – это способ сохранения биологических свойств. Если человек разучится разговаривать и будет только переписываться в соцсетях, это будет уже другой человек. Хорошо, что у нас это понимают те, кто отвечает за образование. Насколько мне известно, при поступлении в Физтех (МФТИ) дают два дополнительных балла тем, кто окончил художественную или музыкальную школу. Это потому, что музыка развивает интеллект.

– Фолк-артель «Слобода» ведёт достаточно активную концертную и просветительскую работу.

– Да, за 20 лет существования коллектив, конечно, много где выступал и в России, и за рубежом – в Европе, Китае, США, в Африке в разных местах. Интерес был очень большой. Да и наша, российская публика, несмотря на почти полное отсутствие хорошей фольклорной музыки на телевидении и радио, доказывает, что этот огонёк в людях не гаснет. Если мы подготовили что-то интересное и хорошо исполнили, это обязательно останется, будет отблагодарено, публика всегда оценит. Если исполнитель халтурит, относится к своему делу небрежно, публика сразу почувствует.

 

Беседовала Аида СОБОЛЕВА

Фото автора

Верхнее фото из личного архива Олега Щукина


← анонсы

 

Купить билет

афиша



Афиша + билеты

 
 
« Апрель »
 
  
ПнВтСрЧтПтСбВс
      12 
 3456789 
 10111213141516 
 17181920212223 
 24252627282930

Подписка RSS    Лента RSS


Все афиши


 

Опрос

 

Какими социальными сетями Вы пользуетесь?